23102017Mon

Back События Аналитика "Дюнкерк". Воевали плохо – снимают хорошо

"Дюнкерк". Воевали плохо – снимают хорошо

  • PDF
200

Как "пульт от реальности" превращает побег в победу

Фильм "повелителя снов и времени" – британского режиссера Кристофера Нолана неожиданно вызывал большой шум в блогосфере, среди публицистов и даже историков. Неожиданно – потому что уже не в первый раз так называемые союзники перетягивают на себя одеяло, создавая военные фильмы даже без намека на вклад СССР в победу над Третьим рейхом, но, видимо, на этот раз чаша терпения переполнилась.

"Дюнкерк" история о том, как британцы проиграли Гитлеру Францию и еле унесли ноги через Ла Манш в 1940 году. В реальности это был позорный побег, а в кино получилась – блестящая эвакуация. Ловкость рук и никакого мошенничества. В России, где еще остались люди, знающие историю, задаются вопросом – как одно из самых крупных поражений в истории Британии (по словам Черчилля) вдруг стало величайшей победой (по пафосному патриотизму в финале картины)?

Впрочем, многие в нашей стране поддались красивой киношной картинке.

"Дюнкерк – Дюнкерк! Ах, гениальная операция по спасению, ах, какой подвиг британских моряков и летчиков! Все как с ума посходили! Умиление и слезы над киношкой, в которой "массовые налеты" немецкой авиации изображают одиночные "Хейнкели", разрыв немецкой "сотки" ямка, которую можно перепрыгнуть, а обстрел немецкой артиллерией берега – пара десятков всплесков в воде и что-то невнятное на суше. Впрочем, это кино!" – пишет на своей странице в "Фейсбуке" военный эксперт Владислав Шурыгин.

При этом, по его словам, все сразу забыли о двух операциях по эвакуации Красной Армии, которые уступают Дюнкерку разве что по количеству эвакуированных. И только! "Зато по целому ряду параметров кроют пресловутый Дюнкерк как бык овцу!
Я говорю о прорыве балтийского флота из Таллина в Кронштадт и об эвакуации окруженной Одессы. Обе этих операции прошли в 1941 году. Таллинская – 27 – 30 августа, Одесская – с 30 сентября по 16 октября. Напомню, "чудо Дюнкерка" – это бросок через пролив шириной 86 миль. И, благодаря столь малому расстоянию, в "чуде" смогли поучаствовать, а точнее – его осуществить сотни моломерных судов, для которых такой заплыв был вполне доступен. И даже в этих условиях британцы потеряли треть всего участвовавшего в эвакуации флота",
отмечает он.

Но, как могло показаться, зрители обрушились с критикой как раз не на нолановский экшн, а на наших режиссеров, вспомнив все незаслуженно забытые подвиги соотечественников – мол, а где наш продукт?

"И знаете, после просмотра "Дюнкерка" возникает много вопросов к нашим "творцам". Почему мы так не можем? Почему британец может снять кино о том, как армия численностью в 400 тыс. солдат отступает, бросая своих союзников на откуп врагу, так, чтобы это выглядело грандиозным достижением и подвигом? Почему это не выглядит грандиозным же провалом в борьбе с противником? Почему в фильме нет истерящего начальства, которое *** все полимеры? Почему люди ведут себя по-человечески? Почему наши режиссеры и писатели только и могут, что испражняться на историю Великой Победы СССР, на свой же народ, внесший величайший вклад и перенесший величайшие страдания?" – пишет пользователь Bairum на одном из кинопорталов (орфография и пунктуация сохранены).

В фильме три сюжетных линии, условно связанные с сушей, водой и воздухом. В каждой из них – 2-3 героя и не только своя история, но и "свое" течение времени – события на суше занимают неделю, в море – день, а в небе – всего один час. Сюжетные линии стремятся к единой точке с разной скоростью – кульминация спасения солдат, одного пилота и офицера на прогулочной яхте отца, сына и другого парня, который испускает дух к концу фильма. На самом деле этот парень с простым английским именем Джордж – аллюзия на всю историю дюнкеркских событий. Он пускается в опасные приключения просто для того, чтобы помочь другу и его отцу, хотя по жизни он неудачник и не сделал ничего выдающегося, но амбициозен – сделать что-то выдающееся всегда мечтал.

В то время пока отец и сын, полные отваги, спасают офицера с потонувшего корабля, пилота вытаскивают из упавшего на воду самолета, парень проявляет себя лишь в том, чтобы случайно попасть под горячую руку спасенного офицера, упасть и громко стенать, ослепнуть и умереть после долгих душевных излияний. И именно о нем напишут газеты, как о герое – потому что сердобольный сын "капитана" отнесет его фото в редакцию с рассказами о совершенном подвиге. В чем-то это ирония Нолана – "герой Дюнкерка", как написали о нем в заголовках – это парень, который ничего не сделал или сделал меньше всех. Так же чувствуют себя солдаты, вернувшиеся на родной туманный остров. "Мы же ничего не сделали, просто спаслись" – "молодцы, молодцы!"

Вот так побег превратился в победу. Можно ли ругать нацию за то, что она собственные промахи обставляет в исторической летописи кинематографа, как великие достижения? Конечно, нет, молодцы – у нас же предпочитают каяться за свою победу, пока другие гордятся поражениями.

"Есть такой печальный момент, касающийся наших кинобонз, то есть тех, кому деньги выдаются без вопросов – дело в том, что они ориентируются не на отечественную историческую масскультуру, а на европейский кинематограф, высказывает свою точку зрения на то, почему мы продолжаем каяться, публицист и кинокритик Виктор Мараховский в беседе с Накануне.RU. – А европейский военный кинематограф – это полностью и целиком кино проигравших. Потому что, помимо СССР, Британии и США, пожалуй, только в Югославии снимали успешно-победительные фильмы. Вся остальная Европа была проигравшей, была потерпевшей и получившей урок по итогам Второй мировой войны, за что ее и "попилили". И эту культуру проигравших в силу отсутствия мозга или достоинства многие наши киногранды переняли".

Самое интересное, что фильм Нолана вовсе не историческая эпопея о войне в классическом смысле, это "фильм-катастрофа", где есть условный враг – немец, а точнее, просто смерть, на его месте могла быть любая стихия или внеземные твари, да хоть Кинг-Конг. Перед зрителем поток очень захватывающих, мастерски сделанных клиповых эпизодов, в которых персонажи просто пытаются спасти собственную жизнь. Не мир, не нацию, не родных и близких, а собственную шкуру – что в принципе идет в фарватере индивидуалистической идеологии Запада (не само по себе желание жить, тут полное сопереживание и никакой критики быть не может, а именно героизация этой стороны войны "спасти себя" прежде всего). Хорошо показан постулат "выживает сильнейший и любой ценой" – например, нужно схватить носилки с раненым – но не из сочувствия к умирающему собрату, а сообразив, что с носилками можно пролезть на корабль без очереди. "Человек человеку волк" особенно, если человек француз, а ты британец, и спасать должны только тебя – "бон вояж" и "оревуар, май дарлинг".

Рев падающих бомб, гул налетов, резкие щелчки выстрелов, вой сирены – полное погружение в адские будни войны. С технической точки зрения, это произведение искусства – и без всякого 3D. Создается нарастающее напряжение, потрясающая музыка Циммера выводит "шумы" и "звуки" на главные роли. Отсутствие традиционных диалогов о том, кого герой оставил дома, предысторий, слезливых линий любви, образ немцев, как просто некой уничтожающей стихии, роднит фильм с отечественной лентой "28 панфиловцев", отмечает Виктор Мараховский. У нас, по мнению эксперта, уже начинают появляться "победные" картины, другое дело, что качество продолжает хромать.

В фильме Нолана есть несколько особо пафосных моментов, которые возвращают нас на карту с историческими координатами, эдакие сентиментальные агитки, от которых слезы наворачиваются, но то заслуга режиссера, а не Британии во Второй мировой. Во-первых, появление в Дюнкерке маломерных судов "мы пришли за своими ребятами". Во-вторых, неожиданно радушный прием спасенных солдат на родине – их встречают пивом и песнями, газетная речь Черчилля в Палате общин, мол, мы рады, что всех спасли, но мы будем биться дальше, на суше и на море, пока Новый свет не придет на помощь Старому. Новый свет, кстати, так и не пришел на помощь, пока в войну не вступил и Советский Союз – фигура умолчания в западных киношках про Вторую мировую.

На самом деле, маломерными судами должны были управлять военные, а не отважные пенсионеры с детьми, но многим английским джентельменам не понравилось, что армия реквизирует их собственность – и "капитаны" отправились в опасный путь вовсе не потому, что очень хотелось стать героями, а чтобы в суматохе войны не потерялась и не пострадала собственность, а она все-таки частная – яхта, лодка. Но такие героические моменты, как появление гражданских судов, по мнению Виктора Мараховского, призваны показать зрительским массам на Западе, что даже проигрывают они побеждая:

"Я не хочу критиковать художественную манеру фильма, это творческая манера режиссера Нолана, он совершенно сознательно отказался от изображения масштабных военных сцен в пользу камерной батальной драмы. Что же до идеологического наполнения – то, во-первых, в отличие от многих коллег, я бы не стал принижать масштабность эвакуации. Британцы там выступили по-своему героически в том смысле, что они спасли подавляющее большинство своих и около четверти французов. Естественно, сам по себе выбор этого эпизода в военной истории говорит о том, что Запад по-прежнему хорошо владеет "пультом от реальности". Это попытка извлечь из истории о чудовищном поражении союзных войск во Франции в начале Второй мировой войны эпизоды героизма, чтобы таким образом отучить свои зрительские массы от мысли о том, что их войска могут проигрывать, терпеть поражения".

С исторической точки зрения Дюнкерк это действительно нереальные события, таинственные, но такими их делают не британцы, а сами немцы. Что произошло на самом деле? В ходе майско-июньского наступления 1940 года гитлеровские танковые колонны наголову разгромили превосходивших их французов и англичан (есть еще вопросы "А что, Сталин не был готов к войне?" а кто был готов?). Прижатые к берегу в Дюнкерке англичане должны были научиться ходить по воде или погибнуть, но вдруг, ни с того, ни с сего акция чрезвычайного человеколюбия и Гитлер отдает танкам стоп-приказ.

Почему же "чудом" называют спасение 300-тысячных английских войск? Побросав всю технику и оружие, британская армия в маленьких суденышках с позором покинула Францию. Если сравнивать с мирной жизнью – ребята совершили подвиг, что спасли свою жизнь. Но по военным меркам Второй мировой, это была морская прогулка из "Трое в лодке". Тут нет никакого чуда, только одна тайна с чего такая доброта у немцев? Секретный приказ о приостановке наступления был передан немцами по радио (!) в незашифрованном виде, так, чтобы он был ПОНЯТЕН англичанам – остается сделать вывод, что это не ошибка немецкого командования, а намеренная акция.

О странностях дюнкеркского спасения писал в 1956 году французский историк Гутар: "Гитлер был убежден, что Англия... будет вынуждена заключить мир. Он имел твердое намерение облегчить англичанам это дело и предложить им чрезвычайно великодушные условия. Было ли удобно при этих условиях начать с того, чтобы захватить у них их единственную армию?.. Лучше... позволить их войскам совершить посадку на суда, что не представляло никакой опасности, так как они не могли взять с собой оружие, и война уже на исходе". После запальчивой речи Черчилля, которую так слащаво-пафосно Нолан оставил на десерт в финале (смазав, судя по отзывам, многим впечатление от фильма) – бои между британцами и немцами до наступления на Советский Союз практически не велись, исключением были незначительные столкновения в Северной Африке.

Почему же так задел российского зрителя "Дюнкерк"? Мы все знаем, что вот уже 25-30 лет в России переписывают историю Великой Отечественной войны, но здесь мы хоть что-то можем сделать сами и повлиять на это. Но в случае с англичанами – не пойдем же мы с официальной нотой к режиссеру Нолану: "Не могли бы вы снимать правдивые фильмы о войне, сэр? Покажите, как вы позорно бежали, бросив французов и потеряв треть своего флота". Нет, конечно. Но мы можем пойти к своим режиссерам и сказать – хватит снимать чернуху про Великую Отечественную войну. Может, хватит каяться? Ни одному англичанину не пришло в голову после Дюнкерка пойти просить прощения у французов и бельгийцев. Почему-то фраза из фильма "выживание – дело грязное", когда речь идет об одной личности, многим кажется вполне оправданной, а выживание целой нации – должно быть безупречным и этичным, с применением прав человека к каждому врагу?

Источник