15112018Thu

Back События Культура Нина Катаева: Борьба за «Боян»

Нина Катаева: Борьба за «Боян»

  • PDF
37

Под угрозой – знаменитый русский оркестр, созданный народным артистом СССР А. Полетаевым

В Международном фонде Славянской письменности и культуры состоялась презентация книги Сергея Скатова «Мир спасет Правда!». Журналистское расследование С. Скатова, координатора Движения «Народный Собор», председателя Нижегородского отделения Международной общественной организации «Русское Собрание», посвящено судьбе Государственного академического русского концертного оркестра «Боян», о котором мы писали не раз, и русской культуры в целом.

Почему расследование? А потому, что невозможно найти здравый ответ на вопрос, как такое могло случиться, что увенчанный лаврами коллектив, которому до самой перестройки стоя аплодировали западные слушатели, не говоря о земляках, под руководством создателя и бессменного худрука-дирижера, профессора, народного артиста СССР Анатолия Полетаева, творчеству которого посвящены сотни искусствоведческих работ, монографий и книг, в год своего 50-летия был тихо «реорганизован», а правильнее сказать, уничтожен.

Но напомним читателю предысторию. Анатолий Полетаев, уроженец Воронежа, окончивший Гнесинку по классу баяна и дирижирования, оказался баянистом милостью Божьей: со 2-го курса (1955 год) – штатный артист Москонцерта, на 3-м записывает в Париже первую грампластинку, в 1957-м –обладатель Золотой медали на конкурсе Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве, а через год Золотую медаль баянисту вручит император Эфиопии, пораженный его виртуозной игрой. Именно в это время Полетаев проявляет себя новатором – изобретает «пятипальцевую аппликатуру» игры на баяне, защитив специальный диплом-реферат. Учеба в аспирантуре, преподавание в консерватории города Горького (ныне Нижний Новгород), создание там кафедры народных инструментов, мировые гастрольные турне, новые конкурсы и медали – все говорило о том, что Анатолий Полетаев из тех самых «собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов», о которых писал Ломоносов, и которых надо ценить на вес золота. Благо, что талантливые люди, с которыми сталкивала Полетаева судьба, примечали в нем этот дар от Бога и помогали в пути.

 

Так, учитель его, известный музыкант Геннадий Зимин, 25 лет прослуживший дирижером Большого театра, отметил редкостный полифонический слух ученика и сказал: «Бросай все, становись симфоническим дирижером!».

 

Когда в 1968 году Полетаев создал оркестр «Боян», ему было 32 года.

Вот что говорит о себе сам Анатолий Иванович.

 «По образованию я народник и считаю себя последователем Василия Васильевича Андреева, основателя Великорусского оркестра народных инструментов. Прошло немало лет, прежде чем возник «Боян». Имя древнеславянского певца, ставшего символом духовности, народности, патриотизма, символом державности, если хотите, взяли мы неслучайно. Боян – это человек, реально живший в IV веке н.э., за шесть веков до появления христианства на Руси. Летописец, сказитель. Гимн, который он написал славянскими рунами, недавно перевели на русский язык. И удивляет то, что за 17 веков в жизни славян не произошло кардинальных изменений. Суть гимна – «Славяне, объединяйтесь от внешних врагов!» – до сих пор актуальна. Определили и место существования Бояна – район Братиславы, Карпаты. В России Бояна воспринимали не только как оракула, само имя его было достойным символом. Так, в 1902 году построили самый большой в мире крейсер – и как, думаете, назвали? «Бояном». А через пять лет в Петербурге гармонный мастер Стерлигов изготовил концертную гармонику, которую опять же за певучесть назвали «бояном». Отсюда и пошло название инструмента – баян, баянисты…


То, что понятие «Боян» очень древнее, мы осознали только тогда, когда обрели популярность в своей стране и за рубежом. От имени Советского Союза мы выступали на Днях культуры в Лондоне, Берлине, Токио, Будапеште, Праге. В 1982 году, будучи на гастролях в Японии, с радостью узнали, что нас наградили престижной в те времена премией имени Ленинского комсомола».

С признанием и наградами история повторилась, теперь оркестр «Боян» завоевывал их с той же легкостью, с какой когда-то юный баянист Полетаев. Оркестр буквально гремел, как по советским республикам, так и по всему миру. В его исполнении звучала музыка Рахманинова, Чайковского, Глинки, Свиридова, Дворжака… Полетаев давал авторские концерты – он автор од, молитв, гимнов, хоралов, песней – во имя Великой Руси. С появлением многих произведений связаны удивительные истории.

Так, написать молитву «Отцы-пустынники» на слова Пушкина композитору предложил ученый и телеведущий Николай Дроздов. И прислал текст, переписанный собственноручно. Полетаев, оценив актуальность, отложил работу на завтра, лег спать. В три часа проснулся от звучавшей в голове мелодии. Начал записывать, вскоре черновик был готов.

 

Японцы называли «Боян» «одним из лучших оркестров СССР», болгары восхищались «изысканной и тонкой нюансировкой», шведы – «отшлифованностью и изумительным звучанием», канадцы – «несопоставимо высоким уровнем».

 

А дело было в новаторском духе Полетаева – в оркестр, который начинался с того, что восемь человек играли на народных инструментах, дирижер стал вплетать инструменты симфонического звучания (ударные, медные и деревянные духовые, струнные), а также, в духе времени, синтезатор и даже бас-гитару. При этом к баяну, гуслям, балалайке и домре добавлялась экзотика – брёлка, жалейка, владимирские рожки, трещотки… «Музыку мы играли разную, – говорит Полетаев, – могли сыграть все, что любит слушать публика на симфонических концертах, например, увертюру к опере «Руслан и Людмила», а также репертуар русского оркестра народных инструментов.

Мы использовали звучание рожков и жалеек, но играли на них трубачи, потому что при исполнении этого шедевра «русскости» важно было учитывать музыкальную палитру. Мы не занимались этнографией ради этнографии, нас интересовала проблема народного духа в музыке.

А жанровость – это совсем другое, сегодня многие выплывают на волне «русскости», например, Надя Бабкина, моя ученица. В свое время она была солисткой созданного мною ансамбля «Русская песня». А когда я уходил руководить оркестром Осипова, отпустил Бабкину с «Русской песней» на свободу. С инструментами, костюмами, репертуаром. Так она теперь и не вспоминает об этом. Якобы сама собой «Русская песня» возникла – «ходили-ходили девочки по факультету, и родился ансамбль...» Закон жанра. Вот и наших «ликвидаторов» удивляло то, что «Боян» не подпадал под определение ни симфонического, ни эстрадного, ни оркестра народных инструментов».

Тогда же, в 80-х, в пору взлета «Бояна», начались первые звоночки. Во владение прославленному коллективу вручили руины храма Святого Власия (XVII в.) в Староконюшенном переулке – мол, репетируйте. А когда музыканты восстановили церковь с «неземной акустикой», ее передали Патриархии, не предоставив взамен ничего.

 

Именно в этот храм на концерты недолгое время приходили зарубежные туристы по программе «осмотра достопримечательностей Москвы». Леонид Леонов, побывав здесь, назвал деятельность Полетаева «деянием».

 

Оркестр, продолжая концертировать, скитался по неприспособленным помещениям, а там и подоспело постановление тогдашнего министра культуры Швыдкого «об оптимизации бюджетных расходов», по которому «Боян» следовало ликвидировать. Полетаев защищался. Из выступления на митинге в Москве на Славянской площади: «”Боян” – это первая попытка объединить и сохранить культуру славянской цивилизации…Чиновникам мы не нужны, хотя у нас переполненные залы. Они хотят нас просто выселить на улицу… Задача наших противников состоит в том, чтобы разъединить славян и уничтожить их поодиночке. Именно поэтому «Боян» для них как кость в горле…Задача оркестра и культуры в целом – укреплять и развивать национальное сознание… Народ без культуры – это просто население…».

В защиту «Бояна» встали сразу две парламентских фракции Госдумы – КПРФ и «Народной воли» с их лидерами Геннадием Зюгановым и Сергеем Бабуриным. А в апреле 2006 года участники Второго собора народов Беларуси, России, Украины с просьбой защитить «Боян» обратились к президенту Путину. Благодаря его вмешательству оркестр был сохранен, но из очередного, отреставрированного силами музыкантов помещения – кинотеатра «Зенит» – его вновь выбросили на улицу.

Все эти годы, без господдержки, без президентских грантов и достойной зарплаты, оркестр продолжал работать. Ближе к 2017-му со стороны Минкульта началась настоящая атака. Численность Государственного и академического коллектива сократили до… 37 человек, сверху, в приказном порядке, стали назначать одного директора за другим, они прибирали власть к рукам, отодвигая создателя оркестра на вспомогательные роли (рядовой дирижер по договору).

 

А осенью 2017-го из департамента господдержки искусства и народного творчества Минкультуры России директору оркестра Толмачеву поступило письмо с требованием предложить кандидатуру нового худрука и главного дирижера оркестра, провести аттестацию коллектива. И сделать это в течение недели.

 

Подписавший письмо директор департамента А.В. Малышев ссылался на «единогласное мнение» «экспертной комиссии в составе ведущих деятелей российской культуры». Как выяснилось, действительно, семь человек, среди которых были худрук и главный дирижер оркестра «Новая Россия» и Камерного ансамбля «Солисты Москвы» Ю. Башмет, худруки хора им. Пятницкого и народного ансамбля «Россия» им. Зыкиной А. Пермякова и Д. Дмитриенко, в пустом зале Чайковского Московской филармонии (зрителей не пустили) прослушивали оркестр. Ни Рахманинов, ни Дворжак, ни Свиридов, звучание которого однажды заставило любимца миллионов Владимира Гостюхина пасть на колени перед Полетаевым, а одну известную актрису разрыдаться; ни «Вечерний звон», ни «Ода Богородице» – не вдохновили экспертов. Приговор Полетаеву и оркестру был вынесен.

20 сентября на страницах «Русской народной линии» под заголовком «Не допустить уничтожения “Бояна” появилось обращение заместителя председателя Общественного совета при Минкульте РФ, сопредседателя Общественной палаты Союзного государства, члена Патриаршего совета по культуре, народного артиста России Н. Бурляева к министру В. Мединскому. Было отправлено оно и официально. Обращение к президенту РФ Путину подписали деятели культуры, среди которых были Николай Бурляев, Александр Ведерников, Валерий Ганичев, Николай Губенко, Михаил Ножкин, Дмитрий Белюкин и др. Также на имя Путина было направлено Обращение еще одной группы деятелей культуры, пришло Обращение участников Белградского Славянского конгресса – с просьбой сохранить уникальный творческий коллектив.

15 декабря 2017-го Николай Бурляев вновь обращается с письмом к министру культуры, требуя «восстановить в Уставе оркестра «Боян» должность худрука-главного дирижера с правом первого лица, ответственного за духовно-нравственное, эстетическое и профессиональное состояние коллектива». Он пишет: «На основании приговора музыкальной “семерки” департамент распорядился уволить из оркестра его создателя А.И. Полетаева, продолжить сокращение состава и сократить название до минимума – “Государственный Академический оркестр”. Были удалены три ключевых слова – “русский”, “концертный”, “Боян”.

 

Дух древнерусского сказителя Бояна по приказу чиновников должен покинуть оркестр. То, что создавалось талантом и кропотливым трудом выдающегося музыканта А.И. Полетаева в течение 50 лет, беззаконно уничтожено.

 

Этот акт вандализма, разрушающего традиционные ценности отечественной культуры, оцениваем как рейдерский захват оркестра через внедренного на должность директора г-на Толмачева, бывшего завхоза-водителя, от музыки далекого и преследующего корыстные цели. Нет сомнений, что если бы прослушивание было открытым, с присутствием публики, результат был противоположный. Мнение тайной “семерки”, подписавшей приговор дирижеру и оркестру, не разделяют выдающиеся музыканты, посмотревшие запись “расстрельного” прослушивания».

21 декабря 2017-го в Кремле состоялось заседание Совета по культуре и искусству при Президенте. О «Бояне» на нем умолчали. А 28 декабря, через неделю, вышел приказ министра Мединского об уничтожении оркестра «Боян». Правда, назывался он – «О реорганизации Федерального государственного бюджетного учреждения культуры “Государственный академический оркестр” и Федерального бюджетного учреждения культуры “Московская государственная академическая филармония”». 1 февраля 2018-го Полетаева уволили.

Но борьба за «Боян» продолжается. В феврале 2018-го «Русское Собрание», международная общественная организация, возглавляет которую главный редактор информагентства «Русская народная линия», известный публицист Анатолий Степанов, обратилось к Путину с просьбой защитить оркестр «Боян». Пришла петиция из Чувашской республики. 21 марта 2018 года Николай Бурляев на очередном заседании Совета вновь сражался с чиновниками Минкульта, ролик можно увидеть в сети.

 

На официальном сайте для размещения гражданских инициатив – https://www.roi.ru/ идет Всероссийское голосование по вопросу восстановления полномочий Анатолия Ивановича Полетаева, в частности, возобновления творческой деятельности оркестра «Боян».

 

После обсуждения ситуации с «реорганизацией» «Бояна» на презентации книги Сергея Скатова был создан оперативный штаб в защиту Анатолия Полетаева. В обсуждении приняли участие десятки известных деятелей культуры – музыканты, писатели, журналисты, ученые, юристы. Защитники оркестра намерены добиваться справедливости в суде, соответствующие письма направлены в ФСБ и прокуратуру. Доктор юридических наук, адвокат Геннадий Шило сообщил, что в Уголовном кодексе существует не менее пяти статей, по которым можно привлекать к ответственности министра и его окружение за беззаконные действия в отношении оркестра «Боян». Адвокат более года занимается этим делом, но пока получает отписки, и на днях, как он сообщил, «пошел на второй круг». Одно из негласных званий оркестра «Боян» – «национальное достояние». И когда уникальный коллектив, деятельность которого изучалась учеными разных сфер – от музыковедов до медиков, исчезает в год своего 50-летия, у общественности это вызывает много вопросов. Найти ответ – наша общая задача.  

Источник