20112017Mon

Back События Геополитика Михаил Тюркин: Нам предложат Большую Сделку?

Михаил Тюркин: Нам предложат Большую Сделку?

  • PDF
301

Россия и новая стратегия Дональда Трампа

Трам-пам-пам! Эта музыка ещё недавно звучала в России бравурным маршем, звеня медью в эфире вечерних ток-шоу. Кажется, только у нас «за старину Дональда» болели, как за любимую команду, а его победу на президентских выборах отмечали, как общенародный праздник. Однако после инаугурации 45-го президента из-за океана вновь подули ледяные ветра. Разговоры о приостановлении переговоров по антитеррористической сделке между Москвой и Вашингтоном, жёсткие заявления новой администрации по Крыму и Украине, назначение ястребов-русофобов на высшие посты – всё это явно противоречит дружелюбной риторике Трампа во время избирательной кампании. Получается, медовый месяц между Россией и США закончился, так и не успев начаться? Или глава Белого дома сознательно повышает ставки перед началом переговоров?

 

 

 Противоречивые сигналы

 

«Друг Путина в Белом доме!», «Российский посол руководит администрацией Трампа!», «Русские хакеры назначают лидеров свободного Запада!»… Такие заголовки уже несколько месяцев мелькают в ведущих американских СМИ. «Российский фактор» впервые со времён распада СССР стал центральной темой во время и после американских выборов. Даже советник президента по национальной безопасности Майкл Флинн ушёл в отставку под давлением прессы, обвинившей его в самом страшном из политических грехов – общении с российским послом Сергеем Кисляком.

Откуда же столь живой интерес к России? Дело, конечно, не в том, что «отсталая страна-бензоколонка с разорванной в клочья экономикой» вдруг научилась назначать президентов в цитадели демократии. Просто на последних американских выборах решалась судьба миропорядка, а Россия в 2010-е стала символом глобальных перемен.

Разумеется, произошло это не в одночасье. Уже с начала XXI века наша страна активно выступала с критикой однополярного мира во главе с США. При этом Москва превратилась в политического модератора коалиции БРИКС, начала вместе с Китаем создавать параллельную финансовую систему, свергая доллар с его пьедестала, и продвигала проект Большой Евразии, оттесняя США в Западное полушарие. А во время «арабской весны» и «украинского кризиса» именно Россия приняла на себя главный удар ястребов-глобалистов, сорвав их планы по разжиганию крупного мирового пожара.

 

Выбор западной элитой Дональда Трампа, а не Хиллари Клинтон означает, что евроатлантическая верхушка признала новые реалии. И, похоже, в рамках перехода к многополярности она возлагают большие надежды на нашу страну.

 

Во всяком случае, при раскрутке «большого Дональда» западные «продюсеры» явно ориентировались в том числе и на запросы российской аудитории. Надежда традиционной Америки, гроза леволиберального бомонда, противник глобализации, да и просто яркий, живой человек, так не похожий на безликих пигмеев в политическом истеблишменте Запада… Всё это вкупе с реверансами в адрес Владимира Путина, обещаниями снять санкции и подумать о признании Крыма частью РФ обеспечило Трампу внушительный российский «фан-клуб».

Однако после вступления в должность «старину Дональда» словно подменили.

Во-первых, из-за океана вновь стали доносится грозные заявления. Согласно источникам в Белом доме, Трамп решил отложить переговоры с РФ по созданию антитеррористической коалиции в Сирии. После этого он обозвал Обаму «слабаком» в своём «Твиттере» за то, что при нём Россия «становилась всё сильнее и сильнее, перехватила Крым и нарастила количество ракет». Желание повысить свою блогерскую популярность? Судя по заявлению пресс-секретаря Белого дома Шона Спайсера, не только. Представитель президента подчеркнул, что «пока Россия не уйдёт из Крыма», вопрос снятия или частичного смягчения санкций обсуждаться не будет.

В этом же ключе высказался и госсекретарь Рекс Тиллерсон, бывший топ-менеджер нефтяного гиганта Exxon Mobil, получивший в 2013 году орден Дружбы из рук Владимира Путина. Во время встречи с украинским министром иностранных дел Павлом Климкиным он заверил посланца Киева: «Соединённые Штаты и впредь будут поддерживать Украину, а санкции США против РФ останутся в силе до полного выполнения Минских договоренностей, прекращения агрессии и деоккупации Донбасса и Крыма».

Во-вторых, администрация Трампа постепенно укомплектовывается традиционными республиканскими кадрами. Так, советником по национальной безопасности вместо уже упомянутого Майкла Флинна стал генерал Герберт Маккастер – известный ястреб-русофоб из окружения «сбитого вьетнамского лётчика» Джона Маккейна. А пост старшего директора по вопросам Европы и России достался политологу и бывшей разведчице Фионе Хилл, известной своими критическими высказываниями в адрес «агрессивного Кремля». Наконец, американским послом в Москве, по данным СМИ, утверждён Джон Хантсман, который, участвуя в президентской кампании 2012 года, критиковал Обаму за политику «перезагрузки».

В-третьих, США и НАТО продолжают стягивать войска в Прибалтике и Польше.

Что же происходит? Почему риторическая «милость» вдруг сменилась на риторический «гнев»? Отчасти это связано с отчаянным сопротивлением прежних либерал-глобалистских элит, которые с помощью своих ставленников в президентской администрации пытаются связать руки Дональду Трампу. Но главная причина, похоже, состоится в другом.

 

Готовясь к торгу с российским руководством, президент США в своей излюбленной манере активно повышает ставки, чтобы сорвать как можно более солидный куш. Вот только что бы он хотел получить от России в рамках Большой Сделки?

 

Согласно наиболее распространённой версии, в обмен на снятие санкций Штаты наверняка потребуют от Москвы серьёзных геополитических уступок. Во-первых, Вашингтон может предложить РФ таскать для него каштаны из «сирийского огня» – под красивые слова о совместной борьбе с терроризмом. Во-вторых, Штаты явно хотят склонить Москву к отказу от поддержки Ирана, который новый глава Белого дома уже назвал «террористическим государством номер один». В-третьих, США попробуют убедить Россию сдать на металлолом свой ядерный щит – согласно утечкам, Трамп высказал Путину свои претензии к договору СНВ-3 и раскритиковал РФ за нарушение Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД). Но самое главное – Вашингтон может предложить Москве роль «союзника» в грядущем противостоянии с Китаем.

Вероятен ли такой сценарий? Почему бы и нет. Главным международным куратором Трампа является престарелый стратег Генри Киссинджер, который в свою бытность госсекретарём уже успешно вбивал клин между Москвой и Пекином. Тогда, в начале 1970-х Штаты соблазнили китайцев участием в американском проекте глобализации, включили КНР в антисоветскую ось и запустили процессы, которые привели в итоге к распаду СССР. Почему бы не повторить этот трюк сегодня, только используя уже Россию против Китая? Столкнуть лбами своих соперников и довольно потирать руки в стороне – таков фирменный стиль англосаксов!

Впрочем, при всей логичности этого сценария рискнём предположить, что он не является основным для Трампа и Киссинджера. Эта комбинация настолько очевидна, что её легко могут просчитать даже «диванные геополитики». Скорее всего, подобные теории являются всего лишь дымовой завесой, призванной закамуфлировать реальную стратегию в отношении России. Но если так, то в чём она может заключаться?

  

Америка позволит России реставрировать СССР?

 

Не исключено, что грядущие договорённости между Москвой и Вашингтоном в рамках «Ялты 2.0» будут внешне выглядеть как исполнение самых заветных мечтаний русских патриотов. В обмен на прощение американского долга, перезагрузку мировой финансовой системы и совместную борьбу с либеральными глобалистами в Европе и других регионах США преподнесут России такой щедрый подарок, от которого прямо-таки будет дух захватывать. Во-первых, они признают за нашей страной право на собственную валютную зону в рамках Евразийского союза, что неизбежно превратит Москву в финансовый «магнит» для соседей. А во-вторых, США благословят Россию на «собирание русских земель» и восстановление своей сферы влияния, в которую при желании могут попасть даже некоторые страны Восточной Европы.

При всей фантастичности такого сценария на его вероятность указывает целый ряд важнейших символических событий. Так, победа Трампа на выборах в США удивительным образом совпала с приходом к власти в Молдавии и Болгарии пророссийских президентов – Игоря Додона и Румена Радева.

 

Едва ли эти события можно считать цепочкой случайностей. Похоже, Москве прозрачно намекают: «Это только начало. Если вы сделаете правильный выбор, то на столе вскоре появятся и более вкусные пироги».

 

Другой важный симптом – это постепенная смена позиции Вашингтона по «украинскому вопросу». Да, представители новой администрации позволяют себе жёсткие высказывания в адрес РФ. Однако во время переговоров с Петром Порошенко мистер Трамп призвал все стороны конфликта к миру и не проронил ни слова осуждения в адрес Москвы, что не осталось незамеченным в Киеве и европейских столицах. В украинском руководстве царит форменная истерика – обострения ситуации на Донбассе не дало того пропагандистского эффекта на Западе, на которое рассчитывали киевские провокаторы.

В общем, Трамп накануне исторических переговоров с руководством РФ выставляет на торги Украину и ряд других территорий в Евразии. С одной стороны, он держит перед глазами Москвы «пряник» – право на валютную зону и создание «СССР-2». А с другой стороны, не выпускает из рук «кнут» – продолжает обвинять Москву в «оккупации Украины» и стягивает войска НАТО в Прибалтику и Польшу.   

Но что больше всего ждут от Москвы в свете готовящейся сделки? Неужели только помощи в избавлении от долгового бремени? Рискнём предположить, что помимо очевидных материальных уступок западная элита потребует у России… её душу. Нашей стране предложат пойти по пути отказа от духовного суверенитета, смены идентичности населения РФ и отказа от вековых ценностей Российской цивилизации в обмен на встраивание в будущий многополярный мир и участие в новом проекте глобализации.

Скорее всего, победившее крыло западного истеблишмента сделает российской элите заманчивое предложение. Звучать оно может примерно таким образом: «Господа! Мы гарантируем вам более высокое место за круглым столом мирового совета директоров, чем то, которое досталось советской номенклатуре после распада СССР.

 

Но взамен вы должны ассоциировать себя не с Россией и её духовными ценностями, а с глобальным миром и планетарным мировоззрением. Вы должны плавно и незаметно менять сознание и культурный код вашего народа – так, чтобы через некоторое время он легко принял новую реальность.

 

Поймите, мы не планируем раскалывать РФ на десятки республик, хотя и не желаем её дальнейшего усиления. Нам важно, чтобы нынешняя Россия вместе с дополнительными территориями надёжно и необратимо влилась в новый глобальный порядок».

По сути, тот же Киссинджер прозрачно намекает на то, как будет выглядеть новая российская стратегия наднациональных элит. «Россию невозможно привести в международную систему путем преобразования, – заявил он вскоре после победы Трампа авторитетному журналу The Atlantic. – Это уникальное и сложное общество. Вопрос России должен решаться исключением военных вариантов, но так, чтобы она сохраняла своё историческое достоинство». Что, как не возвращение Украины и других территорий гарантирует РФ сохранение этого самого достоинства?

 

 

Многополярный мир – конкурс «исторических проектов»

 

Но согласится ли российская элита с условиями Большой Сделки? Конечно, в ход закулисных переговоров нас никто не посвятит, но мы сможем судить об их итогах по ряду вторичных признаков. Ведь любая стратегия рано или поздно проявляет себя в экономической, политической, научной или образовательной сфере. При этом в нашей стране есть институт, который мгновенно реагирует на любые эпохальные перемены. Это – Русская православная церковь. И в этой связи очень многое будет зависеть от того, пойдут ли её высшие иерархи на унию с Ватиканом.

Пока делать однозначные выводы сложно, хотя в ряду рубежных событий прошлого года – наряду с победой Трампа и «брекситом» – особое место занимает гаванская встреча Патриарха Московского и Папы Римского, активно работающего над формированием единой мировой религии. Продолжится ли в будущем это сближение – вот главный вопрос. Если экуменические контакты пойдут на спад, значит, российская элита сделала выбор в пользу суверенитета России. Но если Ватикан ускорит слияние и поглощение православной церкви под разговоры о «христианском единстве», «необходимости дать ответ на секулярный вызов» или «защите христиан Ближнего Востока», значит, решение принято в пользу вхождения в чужой глобальный проект.

Не секрет, что православие является духовным стержнем русской культуры и основой духовного суверенитета России. Стоит его потерять – как наша страна автоматически лишится суверенитета в политике и экономике. Похоже, именно на это и делает ставку наднациональная сеть олигархов и бюрократов. Генри Киссинджер неспроста говорил о невозможности привести Россию на Запад путём преобразований – любые либеральные реформы окажутся лишь рябью на поверхности социума. Но если нырнуть в духовную глубину и совершить незаметную подмену идентичности – как Российскую цивилизацию можно будет легко встроить в «дивный новый мир».

Не исключено, что «российский фактор» стал одной из причин, которые побудили западную элиту поставить президентом США Дональда Трампа, называющего себя «защитником христиан». Причём в этом смысле он – не герой-одиночка. Ключевые посты в его администрации занимают фигуры, напрямую связанные со Святым престолом. Среди них – старший советник и ревностный католик Стивен Бэннон, который ещё в 2014 году огласил в Ватикане стратегию захвата власти в Америке правыми традиционалистами. Особая роль отведена и главе президентской администрации Райнсу Прибусу, прихожанину греческой православный церкви Константинопольского патриархата (дружественного Святому престолу).

 

И, наконец, вишенка на торте: сам Киссинджер уже десять лет возглавляет группу советников по вопросам внешней политики Ватикана. Причём последний свой визит в Россию престарелый стратег совершил в феврале прошлого года – в преддверии знаменитой встречи Папы и Патриарха и начала праймериз в США.

 

Так какое же решение примет российская элита? Будем надеяться, что она сделает выбор в пользу духовной самобытности народов Российской цивилизации. Тем более что грядущая геополитическая реальность открывает новые перспективы и без союза с «наднациональным спрутом». Ведь что такое многополярный мир? Это период хаоса, кризиса, всеобщей неопределённости – время, когда любой смелый шаг и акт исторического творчества в состоянии изменить судьбу каждого. К тому же нельзя полностью исключать сценарий, при котором Москва и Вашингтон всё-таки договорятся через головы западных глобалистов.

Впрочем, наступление новой эпохи при любых раскладах несёт России серьёзнейшие вызовы. Ведь в какой-то степени приход к власти в США Хиллари Клинтон означал бы для Москвы более комфортную реальность. Да, победа невменяемой фурии и надежды «партии войны» поставила бы человечество на грань ядерного конфликта, а РФ – перед необходимостью тушить военные пожары по всему периметру своей государственной границы. Однако Россия уже научилась жить в условиях конфликта с Западом – в этой ситуации общество можно легко сплотить на волне военного патриотизма.

С приходом же Трампа мы оказываемся в ситуации, когда фактор внешней угрозы перестаёт играть решающую роль. В итоге мы оказываемся наедине со своими внутренними проблемами. А это значит, что России придётся искать идею, способную объединять не против кого-то, а во имя чего-то. Тем более что духовный климат грядущей эпохи будет явно способствовать таким поискам. Ведь многополярный мир – это время конкуренции «исторических проектов», призванных указать человечеству выход из глобального кризиса и придать его жизни новый спасительный Смысл. И кто предложит принципиально иную модель развития, тот и станет лидером в XXI веке.

Победит ли Россия в грядущем соревновании? Всё зависит от её готовности к историческому творчеству и каждодневному созидательному труду. Нам придётся всерьёз бороться с коррупцией, менять экономическую модель, возрождать промышленность, поднимать уровень культуры, вкладываться в науку и намечать точки инновационного прорыва. Причём конкуренция здесь обещает быть самой суровой. Ведь та же Америка с её статусом «мировой лаборатории» уходит в самоизоляцию в первую очередь для того, чтобы провести новую индустриализацию и первой всплыть на гребне следующей «технологической волны».

 

К счастью, Россия не раз в своей истории проявляла способностью к нестандартным ходам и историческому творчеству. Это оставляет надежду на то, что именно она предложит себе и другим народам новую модель развития и привлекательный «образ будущего».

 

Такой шанс, безусловно, есть. Главное – суметь им воспользоваться.

Источник