22102018Mon

Back События Право Превышение самообороны: когда будут поставлены точки над i?

Превышение самообороны: когда будут поставлены точки над i?

  • PDF
08

В Генеральной прокуратуре Российской Федерации заявили, что при очевидной угрозе для жизни человек может обороняться абсолютно любыми доступными ему в этот момент способами и средствами.

В ведомстве отметили, что если жизни человека напрямую ничего не угрожает, то он должен контролировать свои действия и поступать соизмеримо с действиями нападавшего. Но в российской Генпрокуратуре согласились, что это не всегда возможно: если характер нападения внезапный, сложно оценить реальную степень угрозы. Тогда, заявили представители российского ведомства, "в бой" можно употребить все, что заблагорассудится.

В Генпрокуратуре РФ отметили, что у любого человека также есть право защищать не только себя, но и тех, кто рядом. Так, получается, что против того, кто угрожает Вашим родным или близким, тоже "все средства хороши".

Своим мнением по поводу комментария Генеральной прокуратуры Российской Федерации с редакцией "Правды.Ру" поделился доктор юридических наук, профессор, почетный сотрудник министерства внутренних дел Даниил Корецкий.

Как вы считаете, означает ли заявление Генпрокуратуры, что человек может не бояться теперь дать отпор нападающим на него? Как это повлияет на криминальную хронику?

— Ничего нового, считаю, Генпрокуратура не сказала. Все это давно уже было прописано в российском законодательстве. Другое дело, что на практике все выглядит несколько по-иному. Ту необходимую свободу самообороны, которая закреплена законодательно, суд наш по факту сводит на нет. За последние два года те уголовные дела, когда человека признавали невиновным и действующим в состоянии необходимой обороны, можно пересчитать буквально по пальцам. А в основном, если ты, скажем так, "успешно" наоборонялся, то тебя и привлекали к ответственности.

— Но все же эти примеры, которые, по вашим словам, можно пересчитать по пальцам, все-таки есть. Это говорит о грядущих изменениях в системе?

— Ни о чем это не говорит.

— Создается впечатление, что сейчас обо всем этом стали говорить и писать намного больше. Люди обсуждают, как оценить степень угрозы, как правильно защитить себя. Ведь это очень тонкая грань: когда на человека нападают, он не может оценить адекватно, убьют его или не убьют.

— Все правильно. Но об этом, кстати, всегда говорили, сколько себя помню. Все то время, что я в юриспруденции, говорится об этом. И студентом я слышал риторику о необходимости самообороны. Лет эдак, наверное, пятьдесят уже об этом говорится.

Есть даже ученые, которые посвятили этому множество трудов. Профессор Побегайло, например. Или профессора Тешкевич и Мирюков. Ваш покорный слуга писал на эту тему. Уделять внимание этому сложному вопросу нужно, говорить об этом нужно и писать тоже. Но вот какое дело — и говорят, и пишут правильно, и правильные постановления принимают, и закон правильный, а практика неправильная.

Представим, например, судебный процесс. Рассматривается дело человека, в дом которого темной ночью ворвались незваные гости. Человек этот оборонялся. Возможно, перестарался. А потом суд. И судья сидит под охраной судебных приставов, ему тепло, светло и спокойно, и рассказ потерпевшего, или, как это ни грустно, уже обвиняемого, ему не кажется таким уж и страшным. Ну ворвались ночью, ну ограбить хотели, ну угрожали, думает судья.

— Что-то изменится в связи с высказываниями представителей Генпрокуратуры?

— Повторюсь, данное заявление ничего не значит — ведомство просто процитировало закон. Как говорится, Васька слушает да ест. Другое дело, если бы об этом на самом верху заговорили — тогда да, имело бы это заявление какие-то последствия. Не надейтесь на изменение ситуации в лучшую сторону. Купите себе газовый баллончик. Рекомендую перцовый. Носите в кармане.

Источник